Молитвы для меня страшнее яда были

Полное описание: Молитвы для меня страшнее яда были - для наших любимых читателей.

Молитвы для меня страшнее яда были

Молитва Матери (исполнитель: Евгений Смирнов )

Видео к песне:

Войти в Tekstovoi.ru

Используйте ВКонтакте, Одноклассники или Facebook, чтобы связаться с друзьями и активизировать участников вашей социальной сети.

Войти через ВКонтакте Войти через Одноклассники Войти через Facebook Войти, используя логин и пароль на Tekstovoi.ru

Блудный сын

Заранее прошу прощенья!
Быть может и не время это вспоминать,
А я вот вспомнил всё мгновенно-
Деревню нашу,дом,отца и мать.

Отец и мать мне часто говорили:
Сыночек,милый — к Богу обратись
И ежедневно ты ему молись!
Но я любил совсем иную жизнь-
Вино,друзья и сотни развлечений
Мне ослепили сердце и глаза
И ослепленный,с диким наслаждением
Смотрел я в рюмку,а не в небеса.

Молитвы для меня страшнее яда были
О Боге я и слышать не хотел,
Летели дни,я жил в грязи и пыли
И думал я,что это мой удел.

Мне не забыть,наверное,во веки
Тот страшный день-отец мой умирал,
Из материнских глаз слёз вытекали реки,
А я стоял-хмельной и хохотал:
Ну где же Бог твой?Что ж он не спасает?
Он-Исцелитель- что ж ты не встаешь?
Без Бога люди тоже умирают
И ты,отец,как все в земле сгниёшь!
Он улыбнулся и сказал сердечно:
Я жив ещё,а ты,сынок-мертвец,
Но знай-что мертвым ты не будешь вечно,
И скоро воскресит тебя Творец!

Отца похоронили,мать молилась,
Втройне молилась о душе моей.
Потоки слёз,что за меня пролились
Я буду помнить до скончания дней.
Ну а тогда я думал по другому
Была противней мать мне с каждым днём,
И вот однажды я ушёл из дому
Глубокой ночью,словно вор-тайком.

Тогда кричал я:вот она-свобода
Теперь я волен в мыслях и делах!
Не знал тогда я,что жизнь-болото-
Ступил на кочку и увяз в грехах.
И жизнь меня,как щепку закружила
В водовороте суеты и зла
Сначала хорошо кружиться было,
Но вскоре заболела голова.
И вскоре стал ужасно страшной мукой
Мне каждый круг и каждый оборот,
Я волю напрягал,ум,до боли руки,
Но жизнь-водоворот,водоворот!

Круг развлечений,в золото одетый
Меня своим сияньем ослепил
Я был слепцом,не видел рядом света
И в страшном мраке по течению плыл.
Вино-источник зла и тысячи лишений,
Приятный круг,но скольких он сгубил,
Но есть источник счастья и спасенья-
Не пил я из него,я из бутылки пил.

Но кто же мог спасти меня от смерти,
От всех грехов,ведущих так на дно?
Не человек.пожалуйста,поверьте
Ответьте мне тогда,ответьте-кто?!
Метался я не находя ответа

И вот однажды,летом,в сильный дождь
На улице я друга детства встретил,
Увидев земляка,почувствовал я дрожь.
Предстал передо мною милый образ-
Глаза печальные и мокрые всегда
Забилось сердце,задрожал мой голос
Но вырвались бездушные слова;
Ну как там мать! Меня хоть вспоминает,
Наверное,давно уж прокляла?
Хотел заехать к ней,да время не хватает,
Сам понимаешь-то работа,то дела!
-Дела,работа,помолчал бы лучше!
Дела твои нетрудно угадать.

Я расскажу ты только сердцем слушай
Про то,как «позабыла» тебя мать.
Когда сбежал ты,мать твоя от горя
Вся поредела-ведь тобой жила
И каждый день в любую непогоду
Шла на распутье и тебя ждала.
И простирая руки свои к Богу,
Молясь во имя пролитой крови
Она стояла,влитая в дорогу
С толком надежды,веры и любви.
Ну,а когда стоять уже была не в силах,
Когда она в постель совсем слегла,
Кровать к окну подвинуть попросила
Смотрела на дорогу и всё ждала.

Его слова стремительным порывом
В душе сорвали равнодушие фраз.
Я задрожал и прошептал пугливо;
Скажи-что с ней? Она жива сейчас?
И побежал,подстёгнутый как плетью
Одним желаньем-жгучим как огонь-
Увидеть мать,не опоздать,успеть бы,
Успеть пред ней раскаяться во всём.

Вокзал и поезд. И одно лишь слово
В висках стучало молота сильней
Хотел не думать,но напрасно,снова
Я слышал лишь одно-скорей,скорей!
Вот поезд стал,я вышел,от волнения
Меня трясло и что то жгло в груди.
Я в ночь мигнул дрожащей,страшной тенью
От пламени,горевшего внутри.

Знакомая дорога и деревня
Но только незнакомый сердцу стук.
Вот кладбище.,за кладбищем деревня
Могилы. И отца я вспомнил вдруг
И ноги как то сами повернули
И в тишине,зашелестев листвой
Меня к его могиле потянули
Заросшей и заброшенной тропой.

Я шел-до боли напрягая зрение
Знакомая березка-значит здесь.
Впервые в жизни встал я на колени,
Обжег щеку холодный,мокрый крест
-Отец! Прости безумного ошибку Ты прав!
Ты жив! Я слышу шепот губ!
Стоит передо мной,твоя улыбка,
А я-зловонный.,мерзкий труп.

Но я заботой и любовью к маме
Сотру всё прошлое клянусь тебе.
И ты,мой папа,будешь в сердце с нами
А если? Если мать уже в земле!
И сердце снова бешено забилось
Я оглянулся-тьма,ни зги кругом
И вдруг окрестность ответила
И я увидел рядом свежий холм.
Да,лишь луна и звезды только знают
Как я со стоном на могилу пал
И мамин холмик обнимал,рыдая
И землю по сыновьи целовал

-Ты слышишь,мамочка? Прости,родная!
Не надо,не молчи,открой уста!
Давай молиться вместе,дорогая.
Встань,мама-слышишь? Умоляю,встань!
Но холм молчал,дыша могильным тлением
Кругом ни звука,словно мир уснул
И вдруг я вспомнил кто мне даст прощенье
И с воплем руки к небу протянул!
И эта ночь последней ночью
В моей безбожной,жизненной ночи,
Она открыла мне слепые очи
И я увидел новый-Божий мир.

С тех пор живу я с Господом Иисусом.
Моя в Нём радость,счастье,чистота
И никому сказать не побоюсь я,
Что я не мыслю жизнь без Христа!
Когда я вижу пред собой картину-
Заплаканную,сгорбленную мать,
А рядом-гордого,напыщенного сына
От всей души мне хочется сказать;

Вы,матеря,имеющие сына
Прострите руки ваши к небесам
И верьте,что молитвы ваши в силах
Творить и после смерти чудеса.

Вы,сыновья,забывшие о Боге
Взгляните на молящуюся мать
И встаньте рядом,чтоб в своей дороге
Вам эти слезы не пришлось пожать!

Молитвы для меня страшнее яда были

Молитва матери (исполнитель: Павел Шавловский )

Видео к песне:

Войти в Tekstovoi.ru

Используйте ВКонтакте, Одноклассники или Facebook, чтобы связаться с друзьями и активизировать участников вашей социальной сети.

Войти через ВКонтакте Войти через Одноклассники Войти через Facebook Войти, используя логин и пароль на Tekstovoi.ru
Читайте так же:  Молитва на избавление от аллергии

Молитвы для меня страшнее яда были

Молитва Матери +++ (исполнитель: Gamal )

Войти в Tekstovoi.ru

Используйте ВКонтакте, Одноклассники или Facebook, чтобы связаться с друзьями и активизировать участников вашей социальной сети.

Войти через ВКонтакте Войти через Одноклассники Войти через Facebook Войти, используя логин и пароль на Tekstovoi.ru

Молитва матери

Друзья! Заранее прошу, прошу прощенья,
Быть может и не время это вспоминать.
А я вот вспомнил, вспомнил всё мгновенно:
Деревню нашу, дом, отца и мать.

Отец и мать мне часто говорили:
«Сыночек, милый к Богу обратись!»
И ежедневно обо мне молились,
А я любил совсем другую жизнь.

Вино, друзья и сотни развлечений
Мне ослепили сердце и глаза.
И ослеплённый, с диким наслажденьем
Смотрел я в рюмку,а не в небеса.

Молитвы для меня страшнее яда были,
О Боге я и слышать не хотел.
Летели дни, я жил в грязи и пыли,
И думал я, что это мой удел.

Мне не забыть, наверное, вовеки
Тот страшный день — отец мой умирал.
Из материнских глаз слез вытекали реки,
А я смотрел хмельной и хохотал.

«Ну, где же Бог твой? Что Он не спасает?
Он исцелитель, что ж ты не встаешь?
Без Бога люди тоже умирают.
И ты, отец, как все в земле сгниешь!»

Он улыбнулся и сказал сердечно:
«Я жив ещё, а ты сынок, мертвец.
Но знай, что мёртвым ты не будешь вечно
И скоро исцелит тебя Творец.»

Отца похоронили. Мать молилась
Втройне молилась о душе моей.
Потоки слёз, что за меня пролились,
Я буду помнить до скончанья дней.

Ну а тогда я думал по другому,
Была противней мать мне с каждым днём.
И вот, однажды я ушёл из дома
Глубокой ночью, словно вор, тайком.

Тогда кричал я:-«Вот она свобода!
Теперь я волен в мыслях и делах!»
Не знал тогда, что жизнь моя — болото
Ступил на кочку и увяз в грехах.

И жизнь меня, как щепку закружила
В водовороте суеты и зла.
Сначала хорошо кружиться было,
Но вскоре закружилась голова.

И вскоре стал ужасной, страшной мукой
Мне каждый круг и каждый оборот.
Я волю напрягал, ум и до боли руки,
Но жизнь — водоворот, водоворот.

Друзья. О, лживое, обманчивое слово
Водоворота самый первый круг
О, если б жизнь моя могла начаться снова
Со мною б был единственный и самый лучший друг!

Круг развлечений в золото одетый
Меня своим сияньем ослепил.
Я был слепцом, не видел рядом света,
И в страшном мраке по теченью плыл.

Вино, источник зла и тысячи лишений
Приятный круг, о скольких он губил.
Но есть источник счастья и спасенья,
Не пил я из него, я из бутылки пил.

Но кто же мог спасти меня от смерти,
От всех грехов, влекущих так на дно?
Не человек, не человек, поверьте!
Ответьте, кто же? Ну ответьте, кто?

Молился я не находя ответа.
И вот, однажды летом, в сильный дождь
На улице я друга встретил.
Увидев земляка, почувствовал я дрожь.

Предстал передо мною милый образ,
Глаза печальные и мокрые всегда.
Забилось сердце, задрожал мой голос,
И вырвались бездумные слова:

-«Ну, как там мать, меня хоть вспоминает?
Наверное, давно уж прокляла?
Хотел заехать, да время не хватает.
Сам понимаешь, то работа, то дела».

-«Дела, работа. помолчал бы лучше,
Дела твои не трудно угадать.
Я расскажу, ты только сердцем слушай
Про то, как позабыла тебя мать.

Когда сбежал ты, мать твоя от горя
Вся поседела ведь тобой жила.
И каждый день, в любую непогоду
Шла на распутье и тебя ждала.

И простирала руки к Богу,
Молясь во имя пролитой крови,
Она стояла, влитая в дорогу
Столпом надежды, веры и любви.

Ну, а когда стоять была не в силах,
Когда она в постель совсем слегла,
Кровать к окну подвинуть попросила,
Смотрела на дорогу и ждала. «

Его слова стремительным порывом
С души сорвали равнодушье враз
Я задрожал и прошептал пугливо:
-«Скажи, что с ней, она жива сейчас?»

-«Сейчас не знаю, уезжал — дышала.
В её бреду услышал я слова:
-«Сыночек, милый, ты пришёл? Я знала.»
А ты, работа, говоришь, дела.»

Я побежал, подстёгнутый, как плетью,
Одним желаньем жгучим, как огнём.
Увидеть мать, не опоздать, успеть бы,
Успеть бы перед ней раскаяться во всём.

Вокзал и поезд. И одно лишь слово
В висках стучало молотом сильней.
Хотел не думать, но напрасно, снова
Я слышал лишь одно: -«Скорей, скорей!»

Вот поезд стал, я вышел, от волненья
Меня трясло и что-то жгло в груди.
Я в ночь шагнул дрожащей, страшной тенью
От пламени, горящего внутри.

. Знакомая дорога и деревня,
Но только незнакомый сердца звук.
Вот кладбище, за кладбищем деревня.
Могилы. И отца я вспомнил вдруг.

И ноги как-то сами повернули
И в тишине, зашелестев листвой,
Меня к его могиле потянули,
Заросшей и заброшенной тропой.

Я шел, до боли напрягая зренье.
Знакомая берёзка. Значит здесь.
Впервые в жизни встал я на колени.

-«Отец прости безумную ошибку
Ты прав, ты жив, я слышу шёпот губ.
Стоишь ты предо мной, твоя улыбка,
А я — зловонный, сгнивший, мерзкий труп.

Но я заботой и любовью к маме
Сотру всё прошлое, клянусь тебе!
И ты,мой папа, будешь в сердце с нами.
А если. если мать уже в земле?»

И сердце снова бешено забилось
Я оглянулся, тьма, не видно ничего кругом.
И вдруг луна окрестность осветила
И я увидел рядом свежий холм.

Да, лишь луна и звёзды только знают,
Как я со стоном на могилу пал.
И мамин холмик обнимал, рыдая
И землю по — сыновьи целовал.

«Ты слышишь, мамочка? Прости, родная!
Не надо, не молчи, открой уста!
Давай молиться вместе дорогая.
Встань, мама, слышишь, умоляю, встань.»

Но холм молчал, дыша могильным тленьем
Кругом ни звука, словно мир уснул.
И вдруг я вспомнил, кто мне даст прощенье
И с воплем к небу руки протянул.

И эта ночь последней стала ночью
В моём безбожном жизненном пути.
Она открыла мне слепые очи,
И я увидел новый, божий мир.

С тех пор живу я вместе с Иеговой,
Моя в нём радость, счастье, чистота.
И никому сказать не побоюсь я,
Что я не мыслю жизни без Творца.

Читайте так же:  Заговоры молитвы и обряды в день рождения

Когда я вижу пред собой картину:
Заплаканную, сгорбленную мать,
А рядом гордого, напыщенного сына.
От всей души мне хочется сказать:

-«Вы, матери, имеющие сына,
Прострите ваши руки к небесам
И верьте, что молитвы ваши в силах
Творить и после смерти чудеса!

Вы, сыновья, забывшие о Боге
Взгляните на молящуюся мать,
И встаньте рядом, чтоб в своей дороге
Вот эти слёзы не пришлось пожать!»

Молитва матери

Друзья! Быть может, и не время вспоминать,

А я вот вспомнил, вспомнил всё мгновенно

Деревню нашу, дом, отца и мать.

Отец и мать, мне часто говорили:

«Сыночек, милый, к Богу обратись».

И ежедневно обо мне молились,

Но я любил совсем другую жизнь.

Вино, друзья и сотни развлечений

Мне ослепили сердце и глаза.

И ослеплённый, с диким наслажденьем

Смотрел я в рюмку, а не в небеса.

Молитвы матери для меня страшнее яда были

О Боге я и слышать не хотел.

Летели дни… я жил в грязи и пыли…

И думал я, что это мой удел.

Мне не забыть, наверное, вовеки

Тот страшный день – отец мой умирал,

Из материнских глаз слёз вытекали реки,

А я стоял хмельной и хохотал:

«Ну, где же Бог твой? Что ж Он не спасает?

Он – Исцелитель – что ж ты не встаёшь?!

Без Бога люди тоже умирают, –

И ты, отец, как все, в земле сгниёшь».

Он улыбнулся и сказал сердечно:

«Я жив ещё, а ты, сынок, мертвец.

Но знай, что мёртвым ты не будешь вечно,

И скоро воскресит тебя Творец»!

Отца похоронили… Мать молилась,

Втройне молилась о душе моей.

Потоки слёз, что за меня пролились

Я буду помнить до скончания дней!

Ну, а тогда я думал по – другому…

Была противней мать мне с каждым днём,

И вот, однажды, я ушёл из дома,

Глубокой ночью, словно вор, тайком.

Тогда кричал я: «Вот она, свобода!

Теперь я волен в мыслях и делах».

…Не знал тогда я то, что жизнь – это болото,

Ступил на кочку – и увяз в грехах.

И жизнь меня, как щепку закружила

В водовороте суеты и зла.

Сначала хорошо кружиться было,

Но вскоре заболела голова.

И вскоре стал ужасной, страшной мукой

Мне каждый круг и каждый оборот,

Я волю напрягал, ум и – до боли – руки,

Но жизнь – водоворот, водоворот…

Друзья – о, лживое, обманчивое слово!

Водоворота самый первый круг.

О, если б жизнь моя могла начаться снова –

Со мною б был единственный и самый лучший друг!

Круг развлечений, в золото одетый,

Меня своим сияньем ослепил.

Я был слепцом, не видел рядом света

И в страшном мраке по теченью плыл.

Вино – источник зла и тысячи лишений…

«Приятный круг» – о, скольких он сгубил!

Но есть Источник счастья и спасенья –

Не пил я из него, я из бутылки пил.

Но кто же мог спасти меня от смерти,

От всех грехов, влекущих так на дно?

Не человек, не человек, поверьте!

Ответьте, кто же? Ну, ответьте, кто?!

Метался я, не находя ответа.

И вот однажды летом, в сильный дождь

На улице я друга встретил.

Увидев земляка, почувствовал я дрожь.

Предстал передо мною милый образ:

Глаза печальные и мокрые всегда

Забилось сердце, задрожал мой голос,

А вырвались бездушные слова.

«Ну, как там мать, меня хоть вспоминает?

Наверное, давно уж прокляла?

Хотел заехать всё, да время не хватает,

Сам понимаешь, то работа, то дела».

«Дела, работа… Помолчал бы лучше –

Дела твои не трудно угадать!

Я расскажу, ты только сердцем слушай

Про то, как «позабыла» тебя мать.

Когда сбежал ты, мать твоя от горя

Вся поседела – ведь тобой жила.

И каждый день, в любую непогоду

Шла на распутье и тебя ждала.

И простирая свои руки к Богу,

Молясь во имя пролитой крови,

Она стояла влитая в дорогу,

Видео (кликните для воспроизведения).

Столпом надежды, веры и любви.

Ну, а когда стоять была не в силах,

Когда она в постель совсем слегла –

Кровать к окну подвинуть попросила,

Смотрела на дорогу и ждала…»

Его слова стремительным порывом

С души сорвали равнодушье в раз.

Я задрожал и прошептал пугливо:

«Скажи, что с ней? Она жива сейчас?»

«Сейчас – не знаю… Уезжал – дышала…

В её бреду услышал я слова:

Сыночек, милый, ты пришёл? Я знала!

А ты, – работа, говоришь, дела».

Я побежал, подстёгнутый как плетью

Одним желаньем, жгущим как огнём,

Увидеть мать, не опоздать, успеть бы

Успеть пред ней, раскаяться во всём!

Вокзал и поезд… И одно лишь слово

В висках стучало молота сильней,

Хотел не думать, но напрасно – снова,

Я слышал лишь одно: «Скорей! скорей!»

Вот поезд стал. Я вышел. От волненья

Меня трясло, и что-то жгло в груди.

Я в ночь шагнул дрожащей, страшной тенью

От пламени горевшего внутри.

…Знакомая дорога и деревья,

Но только не знакомый сердца стук…

Вот кладбище, за кладбищем – деревня.

Могилы… И отца я вспомнил вдруг.

И ноги как-то сами повернули…

И в тишине, зашелестев листвой,

Меня к его могиле потянули

Заросшей и заброшенной тропой.

Я шёл, до боли напрягая зренье.

Знакомая берёзка – значит, здесь…

Впервые в жизни встал я на колени –

Обжёг щеку холодный, мокрый крест.

«Отец, прости безумную ошибку!

Ты прав! Ты жив – я слышу шепот губ.

Стоишь ты предо мной, твоя улыбка…

А я – зловонный, сгнивший, мерзкий труп.

Но я заботой и любовью к маме

Сотру всё прошлое, клянусь тебе!

И ты мой папа, будешь в сердце с нами…

А если?… Если мать уже в земле?!»

И сердце снова бешено забилось.

Я оглянулся… Тьма, ни зги кругом.

И вдруг – луна… Окрестность осветилась

И я увидел рядом свежий холм.

Да, лишь луна и звёзды только знают,

Как я со стоном на могилу пал

И мамин холмик обнимал, рыдая,

И землю по сыновьи целовал:

«Ты слышишь, мамочка? Прости родная!

Не надо, не молчи, открой уста!

Читайте так же:  Молитва заговор от аллергии

Давай молиться вместе, дорогая,

Встань, мама, слышишь, умоляю, встань!»

Но холм молчал, дыша могильным тленьем,

Кругом – ни звука, словно мир уснул.

Видео (кликните для воспроизведения).

И вдруг я вспомнил, кто мне даст прощенье –

Исцели мою душу от чёрствости..(молитвы в стихах)

Эту молитву написала Ольга Георгиевна Коровина, которой было далеко за 80. К сожалению её нет уже среди живущих. Стихотворение я прочитала в вестнике ЗОЖ.
Молитва.
Великий Боже! Дай мне силы
Самой закончить путь земной,
Не быть обузой до могилы,
Чтобы не мучились со мной.
И не лишай до расставанья
Рассудка, здравого ума,
Чтоб я за все свои деянья
Была ответственна сама.
Не дай мне Бог лишиться зренья,
Сердцу застыть и зачерстветь
Не дай в отчаянье забвенья
Надежде прежде умереть.

А это стихотворение Любови Васениной

Не для себя, Господь, не для себя
Я милости прошу, Отец Всевышний, —
Для всех отверженных, забытых, лишних,
К кому была безжалостна судьба.

Призри с небес, Спаситель мой, на тех,
Кто не знавал любви и ласки с детства,
Кому досталось трудное наследство,
Кто с головою окунулся в грех.

Помилуй, Боже, тех, кто сломлен был
Невзгодами житейскими иль горем,
Кого захлёстывало жизни море,
Кто в одиночестве по волнам плыл.

Молю Тебя, Господь, Отец любви,
Оставленных и брошенных – помилуй.
Тех, кому скорби бремя не под силу
И кто не хочет жить – останови.

Спаситель грешников, мой Иисус,
Помилуй тех, кто тёмной шёл дорогой,
Кому никто не говорил о Боге,
Кто обречён на мрак тюремных уз.

Есть узы, Господи, ещё страшней:
У тех, чей разум помещён в темницу,
Бессилен человек освободиться
От уз таких – лишь милостью Твоей.

Помилуй, Бог мой, тех, кто пил вино
И образ человеческий утратил,
Кто цену страшную за грех свой платит,
Кого порочный мир увлёк на дно.

Создатель мой, помилуй и прости
Всех, кто не может о себе молиться,
К тем, чьих имён нет на твоих страницах,
Ты руку милосердную простри.

Для многих на земле начался ад –
Яви, Господь, им благодати милость.
Часы спасенья не остановились,
Помедли, Боже, пусть они стучат.

За гибнущих среди греха и зла
Молю Тебя я, Иисус распятый,
Ты и меня помиловал когда-то,
А чем я лучше, Господи, была?

Пусть к душам, окружённым темнотой,
Твоя любовь, как солнца луч, пробьётся.
И если кто-то тихо отзовётся –
Помилуй и прости их, Отче мой.

Духовная поэзия.

Сообщение Автор

Блажен, кто, наполняясь тишиной
И внемля ей благоговейным слухом,
В обыденном постигнет мир иной —
Дыханье созидающего Духа.

В любой букашке и любом листе,
В мерцаньи звезд и на земле унылой,
Куда ни глянь — повсюду и везде
Таится Оживляющая Сила..
.
(Иеромонах Роман)

Сообщение Автор
Тина2 писал(а):
(Иеромонах Роман)

Жанна Бичевская исполняет песни иеромонаха Романа. http://pesni.voskres.ru/songs/janna15.htm

Храни нас, Бог, от злобного навета,
Храни нас, Бог, от глупого совета,
От скупости душевной сохрани
И от пустой и вредной болтовни,
От жадности, что на болезнь похожа,
От слов, что в жаркий день морозят кожу,
От выбранных неправедных дорог
Храни нас, Бог, Храни нас, Бог,
Храни нас, Бог!

Храни нас, Бог, от зависти и чванства,
Храни нас, Бог, от подлости и пьянства,
От вспыхнувшей и брошенной любви,
От пролитой насилием крови,
От друга, что в беде нас не спасает,
От тех, кто стариков одних бросает,
От тех, кто малым детям не помог,
Храни нас, Бог, Храни нас, Бог,
Храни нас, Бог!

Храни нас, Бог, от ненависти лютой,
Храни нас, Бог, от мысли безрассудной,
От замков, что мы строим на песке,
От стонов о загубленной реке!
Прости нас, Бог, за высший миг блаженства,
За то, что далеки от совершенства!
Но ты на это тоже дай нам срок!
Храни нас, Бог, Храни нас, Бог,
Храни нас, Бог!

Благодарю Тебя Отец, за всё, что создано Тобою,
За Солнце, звёзды и Луну, за небо, что над головою.
Благодарю за свет Любви, что послана Тобой на Землю,
Благодарю саму Любовь, что людям служит незабвенно.

За Веру вечную Твою, за бесконечное Терпенье,
Тебя я вновь благодарю и обещаю, что прозрею.
Благодарю за то, что Ты своим нам Светом помогаешь,
Погаснуть Солнцу не даёшь, Теплом своим нас согреваешь.

Общенье — тоже утешенье:
В садах Господних купно жить.
И, затворясь в уединенье,
Мы начинаем всех любить.

За то, что на себя похожи,
За то, что любят привечать,
За то, что носят образ Божий,
За то, что учатся прощать.

За то, что кто-то не дождется,
За то, что бросили корить…
Когда Господь души коснется,
Душа не может не любить.

Друзья! заранее прошу прощенья,
Быть может, и не время вспоминать,
А я вот вспомнил, вспомнил всё мгновенно
Деревню нашу, дом, отца и мать.
Отец и мать, мне часто говорили:
«Сыночек, милый, к Богу обратись».
И ежедневно обо мне молились,
Но я любил совсем другую жизнь.

Вино, друзья и сотни развлечений
Мне ослепили сердце и глаза.
И ослеплённый, с диким наслажденьем
Смотрел я в рюмку, а не в небеса.
Молитвы для меня страшнее яда были
О Боге я и слышать не хотел.
Летели дни. я жил в грязи и пыли.
И думал я, что это мой удел.

Мне не забыть, наверное, вовеки
Тот страшный день – отец мой умирал,
Из материнских глаз слёз вытекали реки,
А я стоял хмельной и хохотал:
«Ну где же Бог твой? Что ж Он не спасает?
Он – Исцелитель – что ж ты не встаёшь?!
Без Бога люди тоже умирают, –
И ты, отец, как все, в земле сгниёшь».

Он улыбнулся и сказал сердечно:
«Я жив ещё, а ты, сынок, мертвец.
Но знай, что мёртвым ты не будешь вечно,
И скоро воскресит тебя Творец»!
Отца похоронили. Мать молилась,
Втройне молилась о душе моей.
Потоки слёз, что за меня пролились
Я буду помнить до скончанья дней!

Ну, а тогда я думал по – другому.
Была противней мать мне с каждым днём,
И вот, однажды, я ушёл из дома,
Глубокой ночью, словно вор, тайком.
Тогда кричал я: «Вот она, свобода!
Теперь я волен в мыслях и делах».
. Не знал тогда я то, что жизнь – это болото,
Ступил на кочку – и увяз в грехах.

И жизнь меня, как щепку закружила
В водовороте суеты и зла.
Сначала хорошо кружиться было,
Но вскоре заболела голова.

И вскоре стал ужасной, страшной мукой
Мне каждый круг и каждый оборот,
Я волю напрягал, ум и – до боли – руки,
Но жизнь – водоворот, водоворот.

Друзья – о, лживое, обманчивое слово!
Водоворота самый первый круг.
О, если б жизнь моя могла начаться снова –
Со мною б был единственный и самый лучший друг!
Круг развлечений, в золото одетый,
Меня своим сияньем ослепил.
Я был слепцом, не видел рядом света
И в страшном мраке по теченью плыл.

Вино – источник зла и тысячи лишений.
«Приятный круг» – о, скольких он сгубил!
Но есть Источник счастья и спасенья –
Не пил я из него, я из бутылки пил.
Но кто же мог спасти меня от смерти,
От всех грехов, влекущих так на дно?
Не человек, не человек, поверьте!
Ответьте, кто же? Ну ответьте, кто?!

Метался я, не находя ответа.
И вот однажды летом, в сильный дождь
На улице я друга встретил.
Увидев земляка, почувствовал я дрожь.
Предстал передо мною милый образ:
Глаза печальные и мокрые всегда
Забилось сердце, задрожал мой голос,
А вырвались бездушные слова.

«Ну, как там мать, меня хоть вспоминает?
Наверное, давно уж прокляла?
Хотел заехать всё, да время не хватает,
Сам понимаешь, то работа, то дела».
«Дела, работа. Помолчал бы лучше –
Дела твои не трудно угадать!
Я расскажу, ты только сердцем слушай
Про то, как «позабыла» тебя мать.

Когда сбежал ты, мать твоя от горя
Вся поседела – ведь тобой жила.
И каждый день, в любую непогоду
Шла на распутье и тебя ждала.
И простирая свои руки к Богу,
Молясь во имя пролитой крови,
Она стояла влитая в дорогу,
Столпом надежды, веры и любви.

Ну, а когда стоять была не в силах,
Когда она в постель совсем слегла –
Кровать к окну подвинуть попросила,
Смотрела на дорогу и ждала. »
Его слова стремительным порывом
С души сорвали равнодушье в раз.
Я задрожал и прошептал пугливо:
«Скажи, что с ней? Она жива сейчас?»

«Сейчас – не знаю. Уезжал – дышала.
В её бреду услышал я слова:
Сыночек, милый, ты пришёл? Я знала.
А ты, – работа, говоришь, дела».
Я побежал, подстёгнутый как плетью
Одним желаньем, жгущим как огнём,
Увидеть мать, не опоздать, успеть бы
Успеть пред ней, раскаяться во всём!

Вокзал и поезд. И одно лишь слово
В висках стучало молота сильней,
Хотел не думать, но напрасно – снова,
Я слышал лишь одно: «Скорей! скорей!»
Вот поезд стал. Я вышел. От волненья
Меня трясло, и что-то жгло в груди.
Я в ночь шагнул дрожащей, страшной тенью
От пламени горевшего внутри.

. Знакомая дорога и деревья,
Но только не знакомый сердца стук.
Вот кладбище, за кладбищем – деревня.
Могилы. И отца я вспомнил вдруг.
И ноги как-то сами повернули.
И в тишине, зашелестев листвой,
Меня к его могиле потянули
Заросшей и заброшенной тропой.

Я шёл, до боли напрягая зренье.
Знакомая берёзка – значит, здесь.
Впервые в жизни встал я на колени –
Обжёг щеку холодный, мокрый крест.
«Отец, прости безумную ошибку!
Ты прав! Ты жив – я слышу шепот губ.
Стоишь ты предо мной, твоя улыбка.

А я – зловонный, сгнивший, мерзкий труп.

Но я заботой и любовью к маме
Сотру всё прошлое, клянусь тебе!
И ты мой папа, будешь в сердце с нами.
А если. Если мать уже в земле?!»
И сердце снова бешено забилось.
Я оглянулся. Тьма, ни зги кругом.
И вдруг – луна. Окрестность осветилась
И я увидел рядом свежий холм.

Да, лишь луна и звёзды только знают,
Как я со стоном на могилу пал
И мамин холмик обнимал, рыдая,
И землю по сыновьи целовал:

«Ты слышишь, мамочка? Прости родная!
Не надо, не молчи, открой уста!
Давай молиться вместе, дорогая,
Встань, мама, слышишь, умоляю, встань!»

Но холм молчал, дыша могильным тленьем,
Кругом – ни звука, словно мир уснул.
И вдруг я вспомнил, кто мне даст прощенье –
И с воплем к небу руки протянул.
И эта ночь, последней стала ночью
В моей безбожной жизненной ночи –
Она открыла мне слепые очи,
И я увидел новый, Божий мир.

С тех пор живу я с Господом Иисусом,
Моя в Нём радость, счастье, чистота!
И ни кому сказать не побоюсь я,
Что я не мыслю жизни без Христа.
Когда я вижу пред собой картину:
Заплаканную, сгорбленную мать,
А рядом – гордого, напыщенного сына,
От всей души мне хочется сказать:

«Вы, матери, имеющие сына,
Прострите ваши руки к небесам –
И верьте, что молитвы ваши в силах
Творить и после смерти чудеса.
Вы, сыновья, забывшие о Боге,
Взгляните на молящуюся мать
И встаньте рядом, чтоб в своей дороге
Вам эти слёзы не пришлось пожать!»

ХРИСТИАНСКИЕ РЕСУРСЫ

Популярное

Обновления

Молитва матери (Николай Шалатовский)

Друзья! Заранее прошу прощенья, —
Быть может, и не время вспоминать,
А я вот вспомнил, вспомнил всё мгновенно:
Деревню нашу, дом, отца и мать.

Отец и мать мне часто говорили:
«Сыночек, милый, к Богу обратись!»
И ежедневно обо мне молились.
Но я любил совсем другую жизнь, —

Вино, друзья и сотни развлечений
Мне ослепили сердце и глаза.
И, ослепленный, с диким наслажденьем
Смотрел я в рюмку, а не в небеса.

Молитвы для меня страшнее яда были,
О Боге я и слышать не хотел.
Летели дни. Я жил в грязи и пыли.
И думал я, что это мой удел.

Мне не забыть, наверное, навеки
Тот страшный день, — отец мой умирал.
Из материнских глаз слез вытекали реки,
А я стоял хмельной и хохотал:

«Ну, где же Бог твой? Что ж Он не спасает?
Он — Исцелитель, — что ж ты не встаешь?!
Без Бога люди также умирают, —
И ты, отец, как все в земле сгниешь.»

Он улыбнулся и сказал сердечно:
«Я жив еще, а ты, сынок, мертвец,
Но знай, что мертвым ты не будешь вечно,
И вскоре воскресит тебя Творец!»

Отца похоронили. Мать молилась,
Втройне молилась о душе моей.
Потоки слёз, что за меня пролились
Я буду помнить до скончанья дней.

Ну, а тогда я думал по-другому.
Была противней мать мне с каждым днем.
И вот, однажды я ушел из дома
Глубокой ночью, словно вор, тайком.

Тогда кричал я: «Вот она — свобода!
Теперь я волен в мыслях и делах.»
. Не знал тогда я то, что жизнь — болото:
Ступил на кочку — и увяз в грехах.

И жизнь меня, как щепку, закружила
В водовороте суеты и зла.
Вначале хорошо кружиться было,
Но вскоре закружилась голова.

И вскоре стал ужасной, страшной мукой
Мне каждый круг и каждый оборот.
Я волю напрягал, ум и — до боли — руки,
Но жизнь — водоворот, водоворот.

«Друзья» — какое лживое, обманчивое слово! —
В водовороте самый первый круг.
О, если б жизнь моя могла начаться снова —
Со мною б был Единственный и лучший Друг!

Круг развлечений, в золото одетый,
Меня своим сияньем ослепил.
Я был слепцом, не видел рядом Света,
И в страшном мраке по теченью плыл.

Вино — источник зла и тысячи лишений.
Приятный круг — о, скольких он сгубил!
Но есть источник жизни и спасенья —
Не пил я из его, я из бутылки пил.

Но, кто же мог спасти меня от смерти,
От тех кругов, влекущих так на дно?
Не человек, не человек, поверьте!
Ответьте, кто же? Ну, ответьте, кто?!

Метался я, не находя ответа.
И вот, однажды летом, в сильный дождь,
На улице я друга детства встретил.
Увидев земляка, почувствовал я дрожь.

Предстал передо мною милый образ:
Глаза печальные и мокрые всегда.
Забилось сердце, задрожал мой голос,
А вырвались бездушные слова:

«Ну, как там мать, меня хоть вспоминает?
Наверное, давно уж прокляла?
Хотел заехать все, да время не хватает, —
Сам понимаешь, то работа, то дела.»

«Дела, работа. Помолчал бы лучше —
Твои дела нетрудно угадать!
Я расскажу, но только сердцем слушай
Про то, как «позабыла» тебя мать.

Когда сбежал ты, мать твоя от горя
Вся поседела — ведь тобой жила!
И каждый день, в любую непогоду,
Шла на распутье и тебя ждала.

И руки простирая свои к Богу,
Молясь во имя пролитой Крови,
Она стояла, влитая в дорогу,
Столпом надежды, веры и любви.

Ну, а когда стоять была не в силах,
Когда она в постель совсем слегла, —
Кровать к окну подвинуть попросила,
Смотрела на дорогу и ждала. «

Его слова стремительным порывом
С души сорвали равнодушье враз.
Я задрожал и прошептал пугливо:
«Скажи, что с ней? Она жива сейчас?»

«Сейчас — не знаю. Уезжал — дышала.
В бреду я слышал страшные слова:
— Сыночек милый, ты пришел? Я знала.
А ты, работа, говоришь, дела. «

Я побежал, подстегнутый, как плетью,
Одним желаньем, жгущим, как огнем:
Увидеть мать, не опоздать, успеть бы
Упасть пред ней, раскаяться во всем!

Вокзал и поезд. И одно лишь слово
В висках стучало молота сильней.
Хотел не думать, но напрасно, — снова
Я слышал лишь одно: «Скорей, скорей!»

Вот поезд встал. Я вышел. От волненья
Меня трясло и что-то жгло в груди.
Я в ночь шагнул дрожащей, страшной тенью
От пламени, горевшего внутри.

. Знакомая дорога и деревья,
И только незнакомый сердца стук.
Вот кладбище, за кладбищем — деревня.
Могилы. И отца я вспомнил вдруг.

И ноги как-то сами повернули.
И в тишине, зашелестев листвой,
Меня к его могиле потянули
Заросшей и заброшенной тропой.

Я шел, до боли напрягая зренье:
Знакомая березка — значит, здесь.
Впервые в жизни встал я на колени,
Прижав к щеке холодный, мокрый крест:

«Отец, прости безумную ошибку!
Ты прав! — ты жив — я слышу шепот губ.
Стоишь ты предо мной, твоя улыбка.
А я — зловонный, сгнивший, мерзкий труп.

Но я заботой и любовью к маме
Сотру все прошлое, клянусь тебе!
И ты, мой папа, будешь в сердце с нами.
А если. Если мать уже в земле?!»

И сердце снова бешено забилось.
Я огляделся. Тьма, ни зги кругом
И, вдруг — луна. Окрестность осветилась,
И я увидел рядом свежий холм.

Да, лишь луна и звезды только знают,
Как я со стоном на могилу пал
И мамин холмик обнимал, рыдая,
И землю по-сыновьи целовал:

«Ты слышишь, мамочка? Прости, родная!
Не надо, не молчи, открой уста!
Давай молиться вместе, дорогая, —
Встань, мама, слышишь, умоляю — встань!»

Но холм молчал, дыша могильным тленьем.
Кругом — ни звука, словно мир уснул.
И, вдруг, я понял, Кто мне даст прощенье, —
И с воплем к небу руки протянул.

И эта ночь последней стала ночью
В моей безбожной жизненной ночи, —
Она открыла мне слепые очи,
Она мне влила в сердце Божий мир.

С тех пор живу я с Господом Иисусом, —
Моя в Нем радость, счастье, чистота!
И никому теперь сказать не побоюсь я,
Что я не мыслю жизни без Христа.

Когда я вижу пред собой картину:
Заплаканную, сгорбленную мать,
А рядом — гордого, напыщенного сына,
От всей души мне хочется сказать:

«Вы, матери, имеющие сына,
Прострите ваши руки к небесам —
И верьте, что молитвы ваши сильны
Творить и после смерти чудеса.

Вы сыновья, забывшие о Боге,
Взгляните на молящуюся мать
И встаньте рядом, чтоб в своей дороге
Вам эти слезы не пришлось пожать!»

Если вам понравилась статья, поделитесь ею с друзьями в социальных сетях, нажав на кнопочки ниже.

ВНИМАНИЕ! АДМИНИСТРАЦИЯ САЙТА НЕ МОЖЕТ ПОЛНОСТЬЮ КОНТРОЛИРОВАТЬ ПОКАЗ РЕКЛАМЫ. ПОЭТОМУ, ЕСЛИ ВЫ УВИДЕЛИ БАННЕР НЕПРИЛИЧНОГО СОДЕРЖАНИЯ, ПРИШЛИТЕ, ПОЖАЛУЙСТА, ССЫЛКУ НА САЙТ, КОТОРЫЙ ОН РЕКЛАМИРУЕТ. ЭТОТ БАННЕР БУДЕТ ЗАБЛОКИРОВАН. ПОДРОБНЕЕ.

Молитвы для меня страшнее яда были
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here